Привычки отцов, и дурные и хорошие, превращаются в пороки детей
Принцип аналогии между микрокосмом и макрокосмом
Демокрит Абдерский говорит . . . рождается ли самка или самец . . . зависит от того, чья сперма победит, выйдя из (полового) органа. . . Рождение самки или самца зависит от победы одного органа над другим. . . Преобладание и победа этого органа ведет к тому, что рождается самка.
Он же говорил, что самцы и самки . . . рождаются в зависимости от победы (той или иной — мужской или женской) частицы. . . Прежде всего происходит борьба между теми частицами, которыми отличаются друг от друга самец и самка. . . Если зародыш матки победит (соответствующий ей у самца зародыш), то она превращает его в подобную себе природу.
Бывает болезнь дома и имущества, точно так же как и болезнь тела.
То, что вечно, не имеет ни начала ни причины
Аристотель: "Неправильно и не с точки зрения причинной связи определяют необходимость те, которые заявляют, что так происходит всегда, и полагают, что это и есть начало в этих (явлениях), как Демокрит из Абдер, утверждавший, что вечное и бесконечное не имеет начала, а причина есть начало, вечное же безгранично, поэтому спрашивать, какова причина какой-либо из таких вещей, по мнению Демокрита, то же, что искать начало бесконечного. На этом основании и Демокрит доказывает невозможность возникновения каждой вещи: так как время безначально. Вообще считать достаточным началом (т. е. основанием) то, что так всегда бывает и происходит, неправильно, а Демокрит сводит к этому природную причинность, говоря, что так и прежде происходило. Ибо он не считает нужным искать начало вечного.Вот почему, когда Демокрит и Левкипп заявляют, что первотела вечно движутся в пустоте и бесконечности, они должны были бы сказать, что это за движение и каково природное движение тел. Левкипп и его товарищ Демокрит . . . что касается движения, откуда и как оно происходит в существующем, так же легкомысленно оставили (без ответа) этот вопрос, подобно другим.
Однако, если (принять то), что говорят богословы, считающие матерью всего ночь, или то, что говорят естествоиспытатели, утверждающие, что «все вещи были вместе», получается та же неразрешимая (задача). Как (вещь) придет в движение, если не будет никакой реально действующей причины? Ведь не может древесный материал двигать сам себя, но (его движет) плотничье искусство; (точно так же не могут приводить себя в движение) месячные истечения или земля, но (их движут) семя человеческое или семена растений. По этой же причине некоторые рассматривают «вечно» в актуальном смысле, как например Левкипп и Платон. В самом деле, они говорят, что движение вечно. Однако, почему оно и каково оно, они не говорят и не указывают причины, почему оно происходит (один раз) так, (другой раз) иначе. . . О том, что действие предшествует (пассивному состоянию), свидетельствует Анаксагор . . . и те, которые говорят, что движение вечно, как например Левкипп.
Вот почему некоторые, стремясь избежать этих нелепых (следствий), делают актуальное предшествующим потенциальному, как например Левкипп и Платон, а этим актуальным делают движение: в самом деле, Левкипп и Платон считали движение вечным . . . причем Левкипп утверждал, что атомы движутся в пустоте бесконечное время. Но они показывали только, что движение — это актуальное действие, но почему движение существует актуально, что это за движение — по кругу ли или какое-либо другое, и почему одно движется так, а другое так, — о причине этого они не говорят. Если, как было показано, нечто должно существовать вечно, надо было указать причину, почему, например, неподвижная звезда движется с востока на запад, а блуждающие (планеты) в обратном направлении: ведь то, что движется, не движется как попало.
Некоторые считают причиной и нашего неба (т. е. мира) и всех миров спонтанность, ведь спонтанно возникает вихрь и движение, разделившее и приведшее совокупность вещей к такому устройству . . . причем они говорят, что животные и растения не существуют и не возникают в силу случайности, но причиной является либо природа, либо разум, либо еще что-нибудь подобное (ведь из каждого семени рождается не что попало, но из такого-то оливковое дерево, а из такого-то человек), а наш мир и наиболее божественные из видимых (вещей) произошли, по их мнению, спонтанно, и здесь нет никакой причины такого рода, какая существует у животных и растений."
Демокрит считает, что следует толковать движение атомов, исходя не из какого-либо начала, а из того, что (они движутся) вечно. Он говорит, что без всякого разумного руководства могут совершаться замечательные вещи. Демокрит, Эпикур и другие, утверждавшие, что существует бесконечное число начал, не говорят, откуда эти начала, но только, какого они рода, однако их большой заслугой является то, что они показывают, каким образом (вещи) в мире состоят из этих начал. Они утверждали, что те тела, которые они считают первотелами, т. е. атомы, всегда движутся в бесконечной пустоте в силу внешнего воздействия. Они говорят, что атомы движутся, потому что сшибаются и ударяются друг о друга, но откуда начало природного движения, они не говорят. В самом деле, движение, вызванное ударом одного тела о другое, не есть природное движение, (а движение) в силу внешнего воздействия, вторичное по сравнению с природным.
Приверженцы Демокрита, по-видимому, пришли к выводу, нелепому в двух отношениях: во-первых, потому, что считают причиной нашего неба (т. е. мира) — что я говорю: «неба»! — всех миров, многочисленных или даже, как они полагают, бесчисленных, спонтанность, но тем не менее не говорят, что же такое представляет собой эта спонтанность. Разве не справедливо обвинять Демокрита и других? Самое важное они отвели на долю случая, а людям не придали ни малейшего значения; бесконечные небеса (т. е. миры) и вихрь, и предержащий миропорядок не возвели ни к какой другой причине, кроме случая и спонтанности. Аристотель говорит о последователях Демокрита, что причиной «нашего неба» и самого божественного из того, что мы видим, считают они случай, но о нем самом не сказали даже нескольких слов. Вот почему Аристотель и упрекает Демокрита в том, что он ни про одно из частных явлений не говорит, что оно возникло по воле случая (ведь не возникает из любой вещи любая!), и, говоря о частных явлениях (как, например, разбирая, почему бывает теплое и белое, почему мед сладок?), он считает причиной их положение, порядок и форму атомов, а причиной самого возникновения вселенной — спонтанность. Демокрит считает причиной распорядка во (всем) сущем случай. Они (сторонники Демокрита) утверждают, что такое движение атомов, из-за которого они отделяются друг от друга, произошло в силу случая. Так же и вихрь, приведший вселенную в тот порядок, который существует ныне и при котором вместе с небом вращается и воздух, а земля вследствие быстрого вращения сохраняет свое положение в центре, равным образом возник спонтанно и случайно. Изрядной долей сумасбродства надо, как кажется, обладать для того, чтобы причину того, что все совершающееся вечно в одних и тех же формах, видеть в спонтанности.
Точно так же и Демокрит в тех местах своих трудов, где он говорит, что «вихрь всевозможных форм (атомов) выделился из совокупности вещей» (однако, как это произошло и по какой причине, он не говорит!), по-видимому, возводит этот вихрь к спонтанности и случаю. Демокрит Абдерский положил в основу (своего учения) бесконечность совокупности вещей, так как она никоим образом не была кем-либо сооружена. Кроме того, он считает ее неизменной и вообще отчетливо объясняет, какова совокупность вещей. Причины того, что ныне происходит, не имеют никакого начала (т. е. имеются «частные причины», но не существует «первопричина»). (Существуя) искони в бесконечном времени, они содержали уже в себе в силу необходимости все без исключения: уже бывшее, происходящее теперь и будущее. Они считают (время) никогда не возникшим; поэтому и Демокрит считает невозможным, чтобы все
(вещи) возникли: ведь время никогда не возникло.
Однако Демокрит был настолько убежден в том, что время вечно, что, желая доказать, что не все (вещи) когда-либо возникли, воспользовался как очевидной (предпосылкой) тем, что время не (могло когда-нибудь) возникнуть.